Эрдман Николай Робертович [16.11.1900-10.08.1970]

Эрдман Николай Робертович
       [3(16).11.1900, Москва — 10.8.1970, Москва]
       — драматург, сценарист, поэт.
       Родился в Москве, в семье служащего фабрики Гужона, выходца из Прибалтики. «Мать его — Валентина Борисовна — была почти немкой, а отец — Роберт Карлович — самым чистейшим немцем...» — вспоминал А.Мариенгоф. В 1909 Эрдман начал учиться в училище при Евангелической лютеранской церкви. Курс коммерческого отделения этого училища он не окончил.
       Писать стихи Эрдман начал с 9 лет. В 15 лет он прочитал «Облако в штанах» В.Маяковского, «Появился Маяковский и одной поэмой зачеркнул все, чем я тогда увлекался. Влияние его было колоссальным,— вспоминал Эрдман — ...Но судьба сложилась так, что первыми поэтами, которые приняли во мне участие, были имажинисты». В 1918 Эрдман познакомился с В.Шершеневичем, А.Мариенгофом, С.Есениным, Г.Якуловым. Отношения с ними не прерывались и во время службы в армии, куда Эрдман был мобилизован в 1919. Вместе со старшим братом Борисом, впоследствии известным театральным художником, Эрдман вступил в группу имажинистов, принимал участие в их выступлениях, был «свидетелем со стороны защиты» в литературном «Суде над имажинистами». В 1942 подписал литературную декларацию имажинистов «Восемь пунктов». Публиковался в имажинистском журнале «Гостиница для путешествующих в прекрасном».
       По воспоминаниям П.А.Маркова, «Есенин считал его (Эрдмана.— О.К.) самым сильным поэтом-имажинистом».
       После возвращения из армии, в начале 1920-х, Эрдман активно сотрудничал с московскими театрами-кабаре «Нерыдай» и «Кривой Джимми», с мастерской Н.М.Фореггера («Мастфор»), участвовал в создании сценариев для популярных обозрений Театра сатиры.
       20 апр. 1925 в Театре им. Мейерхольда состоялась премьера пьесы «Мандат». Спектакль имел огромный успех. После первого же представления Эрдман из молодого московского остроумца превратился в знаменитого драматурга. Меньше чем через год состоялся сотый спектакль. В Берлине пьеса была опубликована на немецком яз. (На русском ее впервые издали через шестьдесят с лишним лет.)
       В 1928 Эрдман заключил с Театром им. Мейерхольда договор на новую пьесу — «Самоубийца». Пьесу хотели ставить три московских театра — ГосТИМ, Театр им. Евг.Вахтангова и МХАТ. Однако 25 сент. 1930 Главрепертком запретил постановку «Самоубийцы». Театры предпринимали различные попытки спасти пьесу, вплоть до обращения К.С.Станиславского к Сталину с просьбой разрешить постановку «Самоубийцы» во МХАТе. Но все усилия театров оказались тщетными. Окончательно судьба пьесы была решена в окт. 1932, когда после закрытого просмотра готовой постановки ГосТИМа комиссией во главе с Л.М.Кагановичем она была запрещена. Не удалось напечатать «Самоубийцу» и в альманахе «Год шестнадцатый».
       В окт. 1933 в Гагре, на съемках кинокомедии «Веселые ребята» (Эрдман был одним из сценаристов), драматурга арестовали. По приговору Особого совещания при НКВД Эрдман был отправлен в 3-летнюю ссылку в Енисейск.
       В 1936, после окончания срока ссылки, которую он отбывал в Енисейске и Томске, Эрдман был лишен права жить в шести крупнейших городах страны. Возможности жить в Москве добиться, несмотря на все хлопоты, не удалось, Эрдман бывал в столице лишь наездами. Во время одного из них в 1938 на квартире у М.А.Булгакова Эрдман читал первый акт своей новой пьесы «Гипнотизер», которая не сохранилась.
       В начале войны Эрдман, как бывший ссыльный с неснятой судимостью, был выслан из Рязани, где тогда жил. В добровольном зачислении в армию ему было отказано, но в авг. 1941 Эрдман был мобилизован и попал в часть, «куда, как выяснилось потом, зачисляли "лишенцев", раскулаченных и бывших священников». Не получив ни обмундирования, ни оружия, он прошел с армией путь осеннего отступления и в нояб. 1941, больной, оказался в Саратове. В дек. 1941 Эрдман получил вызов в Москву в Ансамбль песни и пляски НКВД, где прослужил с 1942 по 1948, сочиняя сценарии театрализованных обозрений.
       В эти годы и позднее Эрдман работал в театре и кино. В 1947 в Московском театре оперетты была поставлена «Летучая мышь» И.Штрауса, либретто которой, написанное на русском языке Эрдманом, до сих пор остается образцом пьесы для музыкального спектакля. В соавторстве с М.Вольпиным написаны сценарии фильмов «Актриса» (1942), «Здравствуй, Москва» (1946), «Смелые люди» (1950).
       В 1951 фильм «Смелые люди» получил Сталинскую премию. Став лауреатом, Эрдман получил наконец «чистый паспорт».
       В 1954 он был принят в Союз советских писателей.
       В 1958 вышел на экран фильм С.Юткевича «Рассказы о Ленине», в создании которого Эрдман принял участие как сценарист. Написаны и сценарии нескольких фильмов-сказок, мультфильмов.
       С 1964 Эрдман активно сотрудничал с Театром драмы и комедии на Таганке, был консультантом Ю.П.Любимова, в сущности, неофициальным членом художественного совета. Написал инсценировку лермонтовского «Героя нашего времени», интермедии к спектаклю по есенинскому «Пугачеву».
       В историю русской литературы и театра XX в. Эрдман вошел как автор «Мандата» и «Самоубийцы». Долгие годы пьесы существовали в ореоле легенд, содержание комедий передавалось из уст в уста. Рассказывали о спектаклях «Мандата», репетициях «Самоубийцы». При жизни автора пьесы, к сожалению, так и не были опубликованы на его родине. Из легенд «Мандат» и «Самоубийца» перешли в реальную литературную жизнь после публикации в 1987 в журнал «Театр» (№10) и «Советская драматургия» (№5).
       Современники первой постановки «Мандата» видели в комедиях Эрдмана прежде всего «бытовые», «разоблачающие мещанство» пьесы. В наши дни многие режиссеры и критики посчитали объектом сатиры Эрдмана уродливую систему власти, а мир персонажей пьес, «обывателей»,— своего рода «зеркалом» этой системы. Но обе эти концепции оставляют пьесы в историческом прошлом. Комедии же продолжают свою жизнь в современности. Больше всего Эрдмана занимало мироощущение его персонажей — внутренняя драма людей, потерявших привычный им мир, тоскующих по нему и никому не нужных в окружившем их хаосе новой действительности. «Жил человек, был человек, и вдруг человека разжаловали...» А «разжалованный» человек способен на поступки отчаянные и непредсказуемые.
       Интерес драматурга именно к духовной драме, «новому мироощущению» своих персонажей и позволил его пьесам не превратиться ни в анекдоты из мещанского быта, ни в собрание блестящих реплик, ни даже в лукавое поддразнивание властей предержащих. Пьесы Эрдмана остаются современными и в наши дни потому, что посвящены, пусть часто неосознанным, нередко смешным и нелепым, но непрекращающимся усилиям человека существовать в мире по-человечески.

Соч.:
       Пьесы. Интермедии. Письма. Документы. Воспоминания современников. М., 1990.

Лит.:
       Велехов Л. Самый остроумный // Театр. 1990. №3.

О.И.Козлова

А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ъ Ы Ь Э Ю Я
Оглавление | Все источники



Поддержите культуру
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку

Google
 
Web azdesign.ru az-libr.ru


Дата последнего изменения:
Wednesday, 23-Oct-2013 08:42:14 UTC