Арсеньев Владимир Клавдиевич [10.09.1872-04.09.1930]

Арсеньев Владимир Клавдиевич
       [29.8 (10.9).1872, Петербург — 4.9.1930, Владивосток]
       — прозаик.
       Родился в семье почтового служащего. В 1896 окончил Петербургское пехотное юнкерское училище, служил в г.Ломжа (Польша), в 1900 в чине поручика прибыл во Владивосток, где возглавил крепостную конно-охотничью команду. За участие в русско-японской войне (1904-05) награжден тремя орденами; в 1905 переведен в штаб Приморского военного округа (Хабаровск).
       В 1906—10 осуществил 3 длительные военно-топографические экспедиции в Сихотэ-Алинь, принесшие ему всероссийскую известность; в 1910 освобожден от службы в войсках по личному распоряжению Николая II и направлен в Главное управление землеустройства и земледелия при местном генерал-губернаторе; тогда же занял пост директора Хабаровского краеведческого музея. В период с 1911 по 1917 провел в Уссурийском крае ряд экспедиций, преследовавших военно-административные и научные цели. После Февральской революции недолго (1917) исполнял обязанности комиссара Временного правительства по инородческим делам в Приамурском крае и добровольно от этой должности отказался. С приходом советской власти Арсеньев сотрудничал с «Дальрыбой», предпринял экспедиции в района р.Тунгуски, на Камчатку и Командорские оострова; в 1921 избран профессором по кафедре краеведения и этнографии во Владивостокском педин-те; в 1926-30 обследовал трассы проектируемой железной дороги Совгавань-Хабаровск.
       Арсеньев около 30 лет деятельно участвовал в общественной и хозяйственной жизни Дальнего Востока, активно работал в Русском Географическом обществе и поддерживал постоянные связи с Российской академией наук. Скончался Арсеньев во Владивостоке, вернувшись из очередной экспедиции, и похоронен там же на мемориальном Морском кладбище.
       В 1934 Арсеньев задним числом обвинили в шпионаже, а его жену Маргариту Николаевну дважды арестовывали и в 1938 расстреляли (реабилитировали «по вновь открывшимся обстоятельствам» в 1958).
       Источником книг Арсеньева послужили экспедиционные дневники, которые представляли собой официальный отчет штабного офицера о пройденных маршрутах, но постепенно обрели форму духовного самовыражения, положив основу своеобразному писательству. Дневники Арсеньева — не только путевая хроника вовсей пестроте природных, бытовых и портретных зарисовок, они складываются в единый сюжет взаимоотношений носителя городской цивилизации с аборигенами уссурийской тайги и воспринимаются как авторская исповедь, праобраз написанных и ненаписанных книг, главным действующим лицом которых является рассказчик-путешественник. Содержащие богатые научные сведенияи наблюдения над людьми дневники Арсеньева не есть еще ни наука, ни литература в чистом виде — это и почва для того и другого, и материал, и своего рода тигль для оригинального литературного сплава.
       После экспедиции 1908-10 Арсеньев задумал труд под названием «По Уссурийскому краю» в 2 частях: первую собирался написать «исключительно в научно-литературном духе», включив туда «географические описания, статистику, описание самих путешествий, маршруты» и все, «что касается наших инородцев». Вторая часть виделась автору «чисто научной». В результате на материале 1-й части в 1916 были завершены книги «По Уссурийскому краю» и «Дерсу Узала», изданные на средства автора во Владивостоке соответственно в 1921 и 1923.
       Художественный ореол книг Арсеньева обусловлен присутствием на их страницах Дерсу Узала, охотника-гольда, всю свою жизнь прожившего в тайге и чуждого пороков, которые несет с собой городская цивилизация. Во внутреннем диалоге рассказчика и Дерсу таится динамика арсеньевского сюжета, репортерски достоверного и глубоко психологического. Создание образа Дерсу — сложный творческий процесс, далекий от элементарного копирования. М.Пришвин считал, что Дерсу Узала, при всей своей индивидуальной подлинности, явился «не сам до себе, а через Арсеньева», «к следопытству инстинктивного человека Дерсу присоединяется следопытство разумного этнографа», и, будучи вроде бы антиподом автора, Дерсу оказывается его духовным двойником.
       Из экспедиции 1908-10 Арсеньев посылал в хабаровскую газету «Приамурье» путевые письма, позднее они трансформировались в «Краткий военно-географический и военно-статистический очерк Уссурийского края» (1912), этнографическое исследование «Китайцы в Уссурийском крае» (1914) и книгу «В горах Сихотэ-Алиня», опубликованную лишь после смерти писателя. Дарование Арсеньева органически соединяло в себе способность к научному прогнозу, объективному изображению природных явлений с их эмоциональным восприятием. Арсеньев обладал подсознательным чувством природной красоты, и его писательство — как процесс и как духовный акт — предельно обнажено, по-своему первозданно; недаром М.Пришвин называл талант Арсеньева реликтовым.
       Арсеньев сформировался вне литературной среды, никогда не претендовал на лавры профессионального писателя, однако и его личность, и его книги были высоко оценены М.Горьким и А.Платоновым, С.Маршаком и В.Шкловским, А.Фадеевым и К.Симоновым. Книги Арсеньева многократно издавались во всем мире внушительными тиражами, а классик японского кино А.Куросава снял в 1970-х на «Мосфильме» художественную картину о Дерсу Узала, уважая Арсеньева за «способность глубоко проникать в человеческие души».
       Вклад Арсеньева в русскую культуру XX в. уникален. В начале столетия он личным примером «пионера-исследователя» доказал, на что способен в одиночку честный человек, вставший, на защиту «диких аборигенов», отброшенных цивилизацией на грань вымирания.
       В 1920-1930-х его пафос первооткрывателя вдохновлял молодых покорителей окраинных российских территорий, и неспроста арсеньевские книги приобрели в ту пору огромную популярность.
       В 1960-1970-х, в условиях «экологической революции», путевая проза Арсеньева воспринималась как страстный призыв беречь заповедную природу. И всегда были и будут достойны уважения верность Арсеньева офицерской присяге, его преданность своей стране.

Соч.:
       Соч.: Т.1-6. Владивосток, 1947-49;
       Избранные произведения: в 2 т. М., 1986;
       Избранные произведения: в 2 т. Хабаровск, 1997;
       В дебрях Уссурийского края. Владивосток, 1926;
       Лесные люди — удэхейцы. Владивосток, 1926;
       Жизнь и приключения в тайге. М. 1957;
       Из путевых дневников // Дальний Восток. 1972. №8-9;
       Письма // Дальний Восток. 1975. №7;
       По Уссурийскому краю. Дерсу Узала. М., 1983;
       Последний дневник // Рубеж. Владивосток, 1995. №2;
       В горах Сихотэ-Алиня. Сквозь тайгу. М., 1997.

Лит.:
       Аристов Ф.Ф. Владимир Клавдиевич Арсеньев (Уссурийский) // Землеведение. Т.32. Вып. 8-4. М., 1930;
       Рогаль Н. В.К.Арсеньев. Критико-биографический очерк. Хабаровск, 1947;
       Сабанов Н.Е. Владимир Клавдиевич Арсеньев, путешественник и натуралист (1872-1930). М., 1947;
       Азадовский М.К. В.К.Арсеньев — путешественник и писатель. Чита, 1955;
       Карпов Г.В. В.К.Арсеньев. М., 1955;
       Лидин В.Г. Люди и встречи. М., 1957;
       Пермяков Г. Тропой жень-шеня. Рассказы и очерки о В. К. Арсеньеве. Хабаровск, 1965;
       Кузьмичёв И.С. Писатель Арсеньев. Личность и книги. Л., 1977;
       Кузьмичёв И.С. Мечтатели и странники. Литературные портреты. Л., 1992;
       Тарасова А.И. Владимир Клавдиевич Арсеньев. М., 1985;
       Хисамутдинов А.А. Его звали Арсеньев-Уссурийский: Документально-исторический очерк // Записки Общества изучения Амурского края. Т. XXXI. Владивосток, 1997;
       Владимир Клавдиевич Арсеньев: Биография в фотографиях, воспоминаниях друзей, свидетельствах эпохи. Владивосток, 1997;
       Андреев Н. Выбор Арсеньева // Вокруг света. 2002. №4.

И.С.Кузьмичёв

А Б В Г Д Е Ё Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ъ Ы Ь Э Ю Я
Оглавление | Все источники



Поддержите культуру
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку

Google
 
Web azdesign.ru az-libr.ru


Дата последнего изменения:
Sunday, 15-Jun-2014 06:07:24 UTC