КОММЕНТАРИИ К ГРАЖДАНСКОМУ КОДЕКСУ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ,
ЧАСТИ ТРЕТЬЕЙ

Статья 1110. Наследование
       1.При наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизмененном виде как единое целое и в один и тотже момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.
       2. Наследование регулируется настоящим Кодексом и другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, иными правовыми актами.

Комм. Рубанов А.А.

       1. Наследование сопутствует существованию человеческого общества с незапамятных времен. Оно играет важную роль в самых различных сферах. Наследование имело политическое значение при переходе высших постов в государстве (престолонаследие) или мест в законодательных органах. Наследование накладывало отпечаток и на формальную структуру общества (при переходе сословных титулов), а также на отправление тех религиозных культов, которые строятся на поклонении предкам или семейным богам. По этой причине, например, в Древнем Риме при всем значении наследования для тогдашних имущественных отношений основной его функцией считалось продолжение личности умершего.
       Следует особо подчеркнуть тот факт, что ГК установил специальное правило, закрепляющее сам факт существования этого древнего социального института. Более того, российское право сделало это на наивысшем уровне, возможном при данной структуре российской правовой системы. В этих целях ГК установил юридически неразрывную связь между наследованием и такой основополагающей категорией, как гражданская правоспособность физического лица. Предусмотрено, что один и тот же юридический факт, а именно смерть, влечет два правовых последствия: прекращение гражданской правоспособности физического лица и начало наследования. В части первой ГК содержится следующая норма: «правоспособность гражданина... прекращается смертью» (п.2 ст.17). В части третьей ГК введено правило, в котором сказано, что «имущество умершего» переходит к другим лицам в порядке наследования (п.1 комментируемой статьи). Имущество гражданина становится имуществом умершего только в результате его смерти, т.е. вследствие того же самого юридического факта, с которым ГК связывает прекращение гражданской правоспособности этого физического лица.
       Поскольку юридический факт, прекращающий правоспособность, является вместе с тем и юридическим фактом, кладущим начало наследованию, правоспособность гражданина обладает особым свойством — прекращаться с последующим наступлением наследования. Соответственно, внутреннее свойство наследования состоит в том, чтобы начаться вслед за прекращением правоспособности физического лица.
       Оба отмеченные правила ГК имеют императивный характер: смерть в силу закона обязательно прекращает правоспособность, а имущество умершего в силу закона столь же обязательно переходит к другим лицам.
       2. Пункт 1 комментируемой статьи опирается также на положение конституционного права. Рассматривая этот факт, отметим, что, хотя эта часть статьи грамматически и состоит из одного предложения, с юридической точки зрения в ней содержатся три правовые нормы.
       Первая устанавливает, что имущество умерших переходит к другим лицам, а также квалифицирует этот переход как наследование.
       Вторая решает три вопроса. Прежде всего, она определяет, что переход имущества, упомянутый в предыдущем правиле, происходит в порядке правопреемства. Затем она квалифицирует это правопреемство как универсальное. Наконец, она указывает признаки универсального правопреемства.
       Третья норма предусматривает, что ГК может содержать правила, согласно которым следуют изъятия из положений, содержащихся в п.1 комментируемой статьи.
       Все эти три правовые нормы служат гражданско-правовой реализацией положений российского конституционного права. Конституция провозглашает: «Право наследования гарантируется» (ч.4 ст.35). Для сравнения отметим, что объектами других конституционных гарантий выступают, как правило, ключевые права и свободы, в частности свобода мысли и слова (ч.1 ст.29), свобода совести (ст.28), свобода массовой информации (ч.5 ст.29) и др.
       Уместно напомнить, что конституционное положение о гарантии права наследования содержится в гл.2 Конституции «Права и свободы человека и гражданина», положения которой «являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти... и обеспечиваются правосудием» (ст.18).
       Конституционный Суд РФ в Постановлении №1-П раскрыл содержание конституционных положений, касающихся наследования, установив, что они предоставляют свободу наследования: «Это право, — сказано в его Постановлении, — включает в себя как право наследодателя распорядиться своим имуществом, так и право наследников на его получение».
       Все три отмеченные выше правовые нормы, содержащиеся в п.1 комментируемой статьи, являются правилами, имеющими отношение ко второму из названных элементов свободы наследования, а именно к праву наследников на получение наследства.
       3. Конституционно гарантированное право наследников на получение наследства определяет исходную позицию ГК, который устанавливает специальное правило, обеспечивающее законодательную реализацию указания, содержащегося в Постановлении Конституционного Суда РФ №1-П: «Право наследования, предусмотренное статьей 35 (часть 4) Конституции Российской Федерации..., обеспечивает гарантированный государством переход имущества, принадлежавшего умершему (наследодателю), к другим лицам (наследникам)».
       Первая из содержащихся в п.1 комментируемой статьи правовых норм является реализацией этого конституционного требования, представляя собой специальное правило, закрепляющее в гражданско-правовом плане сам факт существования наследования.
       Норма, закрепляющая факт существования наследования, является императивной. Данная норма устанавливает, что в силу закона любое имущество, которое по своей природе является «имуществом умершего», переходит к другим лицам. Это правило относится ко всем без исключения видам имущества, отвечающим указанному критерию. Закон тем самым исключает издание как индивидуальных законодательных правил, относящихся к имуществу отдельных умерших, так и административных или судебных актов, касающихся перехода конкретного имущества или его составных частей в порядке наследования, отступающих от конституционно гарантированного права наследников на получение наследства.
       Правило, содержащееся в п.1 комментируемой статьи, противоречит положению Федерального закона от 26.05.1996 №54-ФЗ «О Музейном фонде Российской Федерации и музеях в Российской Федерации» (в ред. от 10.01.2003) {СЗ РФ. 1996. №22. Ст.2591; 2003. №2. Ст.167.}, которое устанавливает, что «музейные предметы и музейные коллекции, включенные в состав Музейного фонда Российской Федерации, могут... переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства... только по специальному разрешению» (ст.12). Это положение распространяется и на негосударственную часть Музейного фонда РФ (ст.7). Отныне оно не может применяться к негосударственной части Музейного фонда РФ.
       Закон о валютном регулировании содержит положение, обеспечивающее реализацию конституционно гарантированного права наследников применительно к наследованию таких специфических объектов, как валютные ценности (т.е. иностранные денежные знаки, средства на банковских счетах и вкладах в денежных единицах иностранных государств и др.). Закон рассматривает любой их переход от одного лица к другому как валютную операцию (п.9 ст.1) и устанавливает запрет осуществления таких операций между гражданами России, а также некоторыми другими физическими лицами (п.1 ст.9).
       Однако для наследования Закон делает изъятие, устанавливая, что их получение по праву наследования осуществляется свободно (п.3 ст.14).
       4. Особый акцент, который делает ГК на правовом закреплении самого факта существования наследования, вызван серьезными причинами исторического характера. Наследственное право современной России отнюдь не случайно начинает свое развитие с закрепления внутренней связи между наследованием и гражданской правоспособностью. Эта позиция представляет собой реакцию на положение, которое существовало на протяжении почти 85 лет.
       Этот период в развитии российского наследственного права поставил нашу страну на обочину мирового цивилизационного процесса. Он начался с принятием Декрета Всероссийского Центрального исполнительного комитета (ВЦИК) от 18.04.1918 «Об отмене наследования». Декрет ввел систему раздела имущества умерших между государством и указанной в нем категорией лиц, близких к умершему. Эта система просуществовала до 1926 г. Однако давление этого периода на наследование продолжалось до самого прекращения существования СССР.
       Названный Декрет устанавливал, что все имущество умерших переходило к государству, за исключением части, не превышающей определенную сумму, либо части, состоявшей из обозначенных в этом акте предметов (так называемого «трудового хозяйства в городе или в деревне»). Последняя часть выделялась из имущества умерших и передавалась перечисленному в Декрете, довольно ограниченному кругу лиц, близких к умершему. Эта система раздела была воспринята и Гражданским кодексом РСФСР 1922г., многие нормы которого были составлены таким образом, чтобы помогать переходу имущества к государству. После отмены системы раздела в 1926г. прямые положения о разделе из Гражданского кодекса РСФСР 1922г. были изъяты, однако многие иные правила, дополнительно содействовавшие переходу имущества к государству, оставались без изменения.
       Показательно, как относились законы, принятые за минувшие 85 лет, к факту существования наследования. Декрет ВЦИК «Об отмене наследования» открывался следующим положением: «Наследование... отменяется» (ст.1). Гражданский кодекс РСФСР 1922г. исходил из понимания того, что законодатель может поступать с этим институтом по своему свободному усмотрению. Его соответствующий раздел открывался указанием, что наследование «допускается» (ст.416). Этой точки зрения закон придерживался 40 лет. ГК РСФСР хотя и не отменял, и «не допускал» наследования, но прямо не закреплял его существования. ГК РСФСР ограничился формулировкой констатирующего характера: «наследование осуществляется» (ст.527). Так же смотрел на факт существования наследования и последний акт советского периода — Основы гражданского законодательства (ч.1 ст.153).
       Отныне такому подходу в развитии российского наследственного права положен конец: право наследования конституционно гарантировано, существует свобода наследования, и гражданский закон императивно связывает наследование с прекращением гражданской правоспособности.
       5. Первая из правовых норм, содержащихся в п.1 комментируемой статьи, предусматривает, что к другим лицам «при наследовании» переходит такое имущество, которое представляет «имущество умершего». Она тем самым исключает переход «при наследовании» какого-либо имущества, которое не является «имуществом умершего». Переход такого имущества к другим лицам, если закон его допускает, не является переходом «при наследовании».
       Начиная с Гражданского кодекса РСФСР 1922г. наследованием признавались два случая: переход имущества умершего и переход имущества лица, признанного умершим. Умершим же признавалось лицо, которое сначала было признано безвестно отсутствующим.
       Практически в то время в безвестном отсутствии оказалась масса людей, эмигрировавших из страны в ходе революционных событий 1917г. и последовавших лет. Подчинение имущества лиц, признанных умершими, режиму имущества умерших сохранилось в ГК РСФСР и просуществовало до распада СССР И на это были сходные причины.
       Комментируемое правило п.1 комментируемой статьи порывает с этой позицией. Оно предусматривает, что «при наследовании» происходит переход только имущества умершего. Переход же имущества лица, объявленного в установленном законом порядке умершим, происходит не «при наследовании». Иначе говоря, ГК такой переход не признает наследованием.
       Это кардинальное изменение позиции наследственного права является прямым следствием изменения взгляда на природу правоспособности гражданина. В советский период истории России она признавалась проекцией закона, ее источник видели в законодательных правилах, наделявших ею граждан. Тогда считалось теоретически обоснованным представлением, что гражданская правоспособность может прекращаться не только смертью, но и признанием соответствующего лица умершим решением органа государства. Соответственно, наступавший в обоих случаях переход имущества рассматривался как наследование.
       Подход современной России к этой проблеме совершенно иной. Россия участвует в Международном пакте «О гражданских и политических правах» от 16.12.1966 {ВВС РФ. 1994. №12.}, положения которого (как и любого международного договора) «являются составной частью ее правовой системы» (ч.4 ст.15 Конституции). Статья 16 названного Пакта устанавливает: «Каждый человек, где бы он ни находился, имеет право на признание его правоспособности». Слова «где бы он ни находился» указывают, что государство, участвующее в Пакте, лишено права отказывать человеку в признании правосубъектности по той причине, что в каком-либо месте, находящемся на территории государства (например, в месте, которое законы этого государства признают местом его жительства), нет сведений о месте пребывания какого-либо человека.
       Конституция постановляет: «если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора» (ч.4 ст.15). Поэтому, реализуя указанное положение Пакта в сфере регулирования гражданских правоотношений, ГК установил: «Правоспособность гражданина... прекращается смертью» (ч.2 ст.17). Других оснований ее прекращения закон не допускает. Из этого следует исходить при применении правила, содержащегося в ст.1113 ГК (см. коммент. к этой статье).
       В России вступление в законную силу судебного решения об объявлении гражданина умершим (п.1 ст.45 ГК) не влечет прекращения правоспособности этого гражданина. Таким образом, по российскому праву правоспособность гражданина прекращается исключительно его смертью, а прекращение правоспособности имеет своим необходимым последствием наследование.
       Вместе с тем нормы, входящие в разд.V ГК «Наследственное право», применяются к имущественным отношениям, которые возникают в результате вступления в законную силу решения суда об объявлении гражданина умершим. Однако такое применение имеет место потому, что эти отношения прямо не урегулированы законодательством. В соответствии с правилом об аналогии закона (п.1 ст.6 ГК) к таким отношениям подлежит применению законодательство, регулирующее сходные отношения. После судебного решения об объявлении гражданина умершим возникает необходимое для аналогии закона сходство отношений. Это создает условие для применения к данному случаю всех общих правил наследственного права, регулирующих наследование. По своему содержанию подобные нормы направлены на то, чтобы облегчить применение в порядке аналогии закона общих положений наследственного права к данной категории отношений. Они, следовательно, обслуживают особый случай применения норм наследственного права. Таким правилом, в частности, является норма о дне открытия наследства, содержащаяся в ст.1114 ГК.
       Особенность специальных норм состоит в том, что они в целях облегчения применения закона текстуально сформулированы применительно к нормам наследственного права и структурно включены в разд.V ГК «Наследственное право», а редакционно составляют части некоторых его статей. Однако это не превращает их в нормы наследственного права.
       Нормы наследственного права, регулирующие рассматриваемые имущественные отношения в качестве «сходных отношений» (в смысле п.1 ст.6 ГК), перестают применяться, как только в этих отношениях наступают изменения, устраняющие это сходство. Это происходит в случае явки или обнаружения места пребывания гражданина, объявленного умершим. После этого регулируемые отношения утрачивают черты сходства с отношениями по наследованию. Применение норм наследственного права начинает противоречить требованиям п.1 ст.6 ГК.
       Это, однако, не создает правового вакуума. В ГК имеются нормы, рассчитанные на случай прекращения применения по названной причине норм наследственного права в порядке аналогии закона (ст.46 ГК). По своему характеру они являются прямо регулирующими отношения правилами и поэтому подлежат приоритетному применению перед нормами, применявшимися в порядке аналогии закона.
       6. Вторая норма, содержащаяся в п.1 комментируемой статьи, устанавливает, что переход имущества умершего к другим лицам совершается в определенном порядке. Этот порядок определен, во-первых, как правопреемство и, во-вторых, как правопреемство особого рода, а именно как универсальное правопреемство.
       Указание закона на правопреемство выражает связь, которая складывается между имуществом умершего и теми лицами, к которым такое имущество переходит. В этом случае центр тяжести лежит на понятии преемства как института, создающего юридическую связь. Поскольку, как уже отмечалось, данный переход имущества происходит на основании императивной нормы закона, преемственная связь также основана на законе.
       Вместе с тем следует учитывать правило ст.1112 ГК, согласно которому в состав наследства входят не только имущественные права, но и имущественные обязанности. Поэтому «правопреемство», о котором сказано в п.1 комментируемой статьи, следует понимать как особое понятие, охватывающее преемство не только в отношении прав, но также и преемство в отношении обязанностей.
       Преемство в отношении прав, основанное на законе, предусмотрено ст.387 ГК. Однако применительно к преемству, касающемуся обязанностей, эта часть содержит правило лишь о переводе долга (ст. 391, 392 ГК). Пункт 1 комментируемой статьи — единственное правило ГК, предусматривающее, что преемство в обязанностях наступает в силу императивной нормы закона.
       7. Следует отметить, что в пенсионном законодательстве используется близкий по звучанию термин «правопреемники умерших», причемпод умершими понимаются застрахованные лица (ст. 38, 39 Федерального закона от 24.07.2002 №111-ФЗ «Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации» {СЗ РФ. 2002. №30. Ст.3028.}). Хотя здесь говорится об умерших лицах и о правопреемстве, эти отношения не представляют собой наследования, не охватываются комментируемой статьей и не регулируются разд.V ГК «Наследственное право». Указанный Федеральный закон неправильно использовал термин «правопреемники». Согласно Закону о пенсиях выплата трудовой пенсии в случае смерти пенсионера прекращается (п.1 ст.22). Никакого правопреемства при этом не происходит. Лица, которых Федеральный закон от 24.07.2002 №111-ФЗ ошибочно называет правопреемниками, получают не права, принадлежащие умершему, а средства, учтенные в специальной части его индивидуального лицевого счета. Умершее застрахованное лицо к моменту смерти не имело права на эти средства. Названный Закон прямо устанавливает, что средства пенсионных накоплений являются собственностью Российской Федерации (ст.5). Поэтому средства, учтенные в лицевом счете, поступают к гражданам от государства, а не от умершего.
       8. Пункт 1 комментируемой статьи, установив, что наследование по своей юридической природе представляет собой преемство (в указанном выше широком смысле), включает Россию в число стран, наследственное право которых принадлежит к континентальной системе. Эта последняя противостоит наследственной системе, свойственной странам с англосаксонской системой права.
       В США, Великобритании, Индии, Канаде, Австралии и ряде других стран при наследовании имеет место не преемство в правах и обязанностях, а ликвидация имущества наследодателя: осуществляется сбор причитавшихся ему долгов, оплата его долгов, погашение его налоговых и иных обязанностей и т.д. Наследники же получают право на чистый остаток. Все это осуществляется в рамках особой процедуры, именуемой «администрированием» и протекающей под контролем суда. Таким образом, здесь наследники в принципе не являются преемниками прав и обязанностей наследодателя. Имущество последнего превращается в особую разновидность доверительной собственности (trust), и в этом качестве поступает сначала к судье, от него к назначаемому им специальному лицу (так называемому «администратору») либо к лицу, назначенному наследодателем в завещании (так называемому «исполнителю»). А уже от них, после завершения процедуры и соответствующего решения суда, оставшееся имущество передается наследникам.
       Наследственное право России, как и право других континентальных стран Европы (Франции, Германии, Италии, Испании), а также Японии, Бразилии и ряда других государств, своими корнями уходит в римское право, в котором впервые получила развитие концепция наследования как преемства, при котором наследники становятся в принципе на место наследодателя в отношении его имущества, т.е. как прав, так и обязанностей.
       Правило комментируемой статьи единственное среди норм ГК содержит категорию универсального правопреемства для регулирования конкретного вида имущественных отношений.
       Российский гражданский закон советского периода, регулировавший наследование, не использовал понятие универсального правопреемства ни в 1918—1926 гг., ни в Гражданском кодексе РСФСР 1922 г, ни в ГК РСФСР. Причина состояла в том, что с понятием универсальности неразрывно связано представление, что имущество умерших лиц поступает к наследникам в виде своего рода всеохватывающей общности. Даже в Основах гражданского законодательства не говорилось об универсальном правопреемстве. Это на 85 лет исключило трактовку законом имущества умерших как некоторой общности, которая охватывает все и, следовательно, полностью переходит к близким. Как известно, взгляд на наследственное правопреемство как на универсальное был разработан еще в Древнем Риме и с тех пор столетиями широко применялся как наиболее рациональный подход к правовому регулированию одновременно возникающих имущественных отношений самого различного характера и природы. Российская литература по наследственному праву лишь в послевоенный период обратилась к концепции универсального правопреемства {Серебровский В.И. Очерки советского наследственного права. М., 1953. с.41.}.
       9. От наследственного правопреемства, определяемого комментируемой статьей, следует отличать процессуальное правопреемство. Сходство между ними состоит, во-первых, в том, что процессуальное правопреемство также возникает вследствие смерти гражданина (п.1 ст.44 ГПК, п.1 ст.48 АПК); во-вторых, процессуальное правопреемствотакже является универсальным. Оба процессуальных кодекса устанавливают, что все действия, совершенные до вступления правопреемника в процесс, обязательны для него в той мере, в какой они были бы обязательны для лица, которое правопреемник заменил (п.2 ст.44 ГПК, п.2 ст.48 АПК).
       Процессуальное правопреемство не регулируется комментируемой статьей, так как не является наследственным правопреемством. Несмотря на отмеченное сходство, оно регулируется гражданским процессуальным правом. Последнее, в частности, предусматривает, что оно не может наступать без специального судебного акта. На это прямо указывает АПК (п.1 ст.48). Такое же правило содержится и в ГПК (п.1 ст.44), хотя и в не столь четкой редакции.
       10. Правовая норма, содержащаяся в п.1 комментируемой статьи, конкретизирует содержание понятия универсального правопреемства. Закон прежде всего устанавливает, что при универсальном правопреемстве наследство переходит к другим лицам «в неизмененном виде». Это важнейшее постановление, позволяющее говорить о принципе неизменности, который означает, что все, что входит в состав наследства (о составе наследства см. коммент. к ст.1112), переходит при наследовании в том же состоянии, виде и положении, в котором оно находилось, когда принадлежало умершему.
       Важные элементы наследства — имущественные права и имущественные обязанности. Применительно к ним этот принцип означает прежде всего неизменность содержания прав и обязанностей. Принцип неизменности означает, что лицам, к которым это право перешло, оно обеспечивает ту же меру возможного поведения, которой располагал умерший. То же самое с соответствующим изменением относится и к имущественным обязанностям, которые по своему содержанию являются мерой должного поведения.
       Принцип неизменности определяет также при универсальном правопреемстве течение сроков исковой давности. Названное правопреемство не влечет изменений ни сроков исковой давности, ни порядка их исчисления. При предъявлении требований кредиторами наследодателя срок исковой давности, установленный для соответствующих требований, не может быть прерван, приостановлен и восстановлен (см. коммент. к ст.1175).
       Принцип неизменности определяет также переход имущественных обязанностей и правомочий, вытекающих из вещных прав на чужую вещь. При универсальном правопреемстве наибольшее значение имеют два вещных права на чужую вещь: право залога и частный сервитут. Применительно к первому из них ГК устанавливает, что при переходе права собственности на заложенную вещь в порядке универсального правопреемства от наследодателя к другому лицу право залога сохраняет силу. При этом в соответствии с принципом неизменности установлено, что по общему правилу «правопреемник залогодателя становится на место залогодателя и несет все обязанности залогодателя» (п.1 ст.353 ГК). Сходным образом закон устанавливает, что и частный сервитут сохраняется в случае перехода прав на земельный участок, который обременен этим сервитутом, к другому лицу (п.1 ст.275 ГК). При переходе этих прав на названный земельный участок в порядке универсального правопреемства реализуется принцип неизменности.
       Наконец, принцип неизменности при универсальном правопреемстве определяет также и переход гражданско-правовой ответственности. Это касается прежде всего видов ответственности. Если на умершем лежала индивидуальная, долевая, субсидиарная или солидарная ответственность, то именно она и переходит при универсальном правопреемстве.
       Особого внимания заслуживает воздействие принципа неизменности на объем гражданско-правовой ответственности. Поскольку умерший был обязан к полному возмещению причиненных им убытков, в этом же размере ответственность переходит и при универсальном правопреемстве (п.1 ст.15 ГК). В случаях, когда законом или заключенным умершим договором было предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере, в таком же размере ответственность переходит и при универсальном правопреемстве.
       Принцип неизменности приводит к тому, что переход гражданско-правовой ответственности при универсальном правопреемстве совершается в состоянии, которое может быть названо кристаллизацией ее общего объема.
       Как известно, закон устанавливает, что «гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом» (ст.24 ГК). Отсюда следует, что в случае прекращения правоспособности гражданина смертью (п.2 ст.17 ГК) происходит кристаллизация ответственности, которая лежала на этом гражданине. Общий объем такой ответственности определен размером имущества, которое принадлежало этому гражданину на момент его смерти. До этого момента размер имущества был величиной переменной, соответственно менялся и общий объем ответственности. Теперь он стал постоянным обстоятельством. Объем ответственности может быть меньше размера имущества, равен ему или даже превосходить его. Однако в соответствии с принципом неизменности общий объем гражданско-правовой ответственности переходит в порядке универсального правопреемства в фиксированном виде. Иначе говоря, к другим лицам такая ответственность переходит лишь в пределах, определяемых размером всего имущества, принадлежавшего умершему на момент его смерти.
       Напротив, сами имущественные обязанности которые лежали на умершем, переходят в соответствии с рассматриваемым принципом в неизменном виде, т.е. в полном объеме. Однако гражданско-правовая ответственность за их исполнение переходит в пределах общего объема, определяемого совокупным размером имущества, принадлежавшего умершему. В результате, смотря по обстоятельствам, ответственность может совпадать со всем суммарным размером переходящих имущественных обязанностей и тем самым покрывать их. Но может случиться, что в порядке универсального правопреемства переходят более обширные имущественные обязанности, не покрытые гражданско-правовой ответственностью. В таких случаях в соответствии с принципом неизменности не происходит расширения общего объема переходящей гражданско-правовой ответственности.
       Иначе говоря, приобретатель в порядке универсального правопреемства названных имущественных обязанностей несет лишь ограниченную ответственность (подробнее об этом см. коммент. к ст.1175). Разумеется, он вправе исполнить такую обязанность и в полном объеме, однако лишь по своему свободному усмотрению. В этом случае он не будет иметь права требовать обратно неосновательное обогащение, ссылаясь на ст.1102 ГК: обязанности перешли к нему в полном объеме.
       11. Комментируемая статья, конкретизируя содержание понятия универсального правопреемства, выделяет еще два момента.
       Прежде всего, она указывает, что при таком правопреемстве наследство выступает как «единое целое». Как мы увидим ниже (см. коммент. к ст.1112 ГК), по своему содержанию наследство представляет собой конгломерат различных по своему юридическому характеру явлений. Комментируемая статья устанавливает, что несмотря на эти различия при универсальном правопреемстве этот конгломерат выступает как единое целое. В действительности в качестве единого целого он выступает лишь в определенной области имущественных отношений, а именно в отношениях, регулируемых нормами, содержащимися в разд. V «Наследственное право».
       Кроме того, комментируемая статья устанавливает, что универсальное правопреемство совершается «в один и тот же момент». В сущности, здесь закон делает вывод из того, что он трактует наследство «как единое целое». В общем, такое уточнение является полезным (о времени перехода наследства см. коммент. к ст. 1113, 1114 и п.4 ст.1152 ГК).
       12. В третьей норме, изложенной в конце п.1 комментируемой статьи, сказано, что правила, предусмотренные этой статьей применяются, «если из правил настоящего Кодекса не следует иное». Текстуально эта оговорка может относиться к любой из двух рассмотренных выше норм, а именно как к правилу, устанавливающему, что происходит сам переход имущества умершего к другим лицам, так и к норме о том, что этот переход совершается в порядке универсального правопреемства.
       Однако рассматриваемая оговорка юридически не может сопровождать первую из отмеченных норм. Как отмечалось выше (см. п.1 коммент. к настоящей статье), предписание п.1 комментируемой статьи о том, что имущество умершего переходит к другим лицам, является императивной нормой, реализующей конституционно гарантированную свободу наследования, включающую право наследников на получение имущества умерших. Поэтому здесь ни из правил ГК, ни из правил других федеральных законов не может «следовать иного».
       Напротив, оговорка в отношении второй нормы, содержащейся в п.1 комментируемой статьи, вполне допустима. Из правил ГК может «следовать иное», а именно, что имущество умершего при наследовании переходит либо не в порядке универсального правопреемства, либо не в неизмененном виде.
       13. При наследовании правопреемство может быть не только универсальным, но и сингулярным. В этих случаях «к другим лицам» переходит отдельное имущественное право. Такие правила установлены самим ГК, а также двумя законами. Раздел V «Наследственное право» содержит правило о переходе права на принятие наследства. Оно установлено для случая, когда наследник умер после открытия наследства, не успев его принять в установленный срок. Предусматривается, что право на принятие причитавшегося ему наследства переходит к его наследникам. Однако это не универсальное, а сингулярное правопреемство. ГК устанавливает, что право на принятие наследства «при этом не входит в состав наследства, открывшегося после его смерти» (п.1 ст.1156 ГК).
       Второй случай сингулярного наследственного правопреемства предусмотрен Вводным законом. Он устанавливает, что если до 1 марта 2002г. вкладчик сделал распоряжение в соответствии со ст.561 ГК РСФСР о выдаче банковского вклада в случае его смерти, право на получение денежных средств и процентов, числящихся на соответствующем счете, не входит в состав наследственного имущества. Нормы разд.V ГК «Наследственное право» на данное право не распространяются (как общее правило). В случае смерти такого вкладчика названные денежные средства и проценты на них выдаются лицу, указанному в распоряжении.
       Здесь закон устанавливает сингулярное наследственное правопреемство. Объектом правопреемства является право получения от банка денежных средств, состоящих из суммы, внесенной на вклад, и суммы начисленных процентов. При этом следует отметить, что закон ошибочно определяет объект как деньги, находящиеся на вкладе. Однако ГК не выделяет в самостоятельный объект деньги, находящиеся на вкладе. Объектом в ГК являются только деньги как таковые (ст.140 ГК). В данном же случае объектом сингулярного наследственного правопреемства является субъективное право, а именно право на получение от банка определенных денежных средств.
       Оно не входит в состав наследственного имущества, являющегося объектом универсального правопреемства. Оно переходит к лицу, указанному вкладчиком, в порядке, предусматривавшемся ГК РСФСР. Это лицо может и не быть наследником при универсальном правопреемстве. Кроме того, на соответствующие денежные средства не может быть обращено взыскание по долгам наследодателя.
       Необходимо отметить, что рассматриваемый случай представляет собой именно наследственное правопреемство, хотя и сингулярное, а не дарение. ГК устанавливает, что договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя, ничтожен (п.3 ст.572 ГК). Поскольку Вводный закон наделяет соответствующие распоряжения юридической силой, он не считает их дарением на случай смерти.
       Этот случай более детально урегулирован, чем сингулярное правопреемство, предусмотренное ст.1156 ГК. Вводный закон устанавливает, что если лицо, указанное в распоряжении, умерло до дня смерти вкладчика или в один день с ним, сингулярное наследственное правопреемство не наступает. Происходит только универсальное наследственное правопреемство: право на получение от банка соответствующих средств включается в состав наследственного имущества. На него, следовательно, распространяются правила разд.V ГК «Наследственное право».
       Установлено также, что сингулярное наследственное правопреемство в отношении рассматриваемого права не наступает и в тех случаях, когда вкладчик в распоряжении на случай смерти в качестве получателя указал более одного лица и когда названные лица умерли до дня, следующего за днем смерти вкладчика.
       Третий случай сингулярного наследственного правопреемства предусмотрен ст.45 Федерального закона от 07.07.2003 № 126-ФЗ «О связи» {СЗ РФ. 2003. №28. Ст.2895.}. Он является субординированным по отношению к универсальному наследственному правопреемству. Объектом правопреемства в этом случае являются права и обязанности гражданина, предусмотренные заключенным им договором об оказании услуг связи. Пункт 6 ст.45 названного Закона исходит из того, что эти права (и обязанности) переходят в порядке наследования и что это правопреемство является сингулярным. В частности, на эти права не может быть обращено взыскание по долгам умершего гражданина.
       В то же время данное сингулярное наследственное правопреемство субординировано по отношению к универсальному наследственному правопреемству. Закон исходит из того, что преемство в отношении названных прав (и обязанностей) юридически прикреплено к преемству в отношении одного из прав, которое входит в состав наследства, а именно к праву на телефонизированное помещение (т.е. помещение, в котором установлено конечное оборудование). Закон устанавливает: «при наследовании указанного помещения с наследником заключается договор об оказании услуг связи. Наследник обязан оплатить оператору связи стоимость оказанных услуг связи за период до вступления в права наследования» (ч.2 п.6 ст.45).
       Таким образом, фигура сингулярного наследника определяется нормами наследственного права, регулирующими универсальное наследственное правопреемство применительно к праву на телефонизированное помещение. Параллельно такой наследник в силу Федерального закона «О связи» получает права и обязанности, вытекающие из договора об оказании услуг связи гражданам.
       Подчеркнем, что названный Закон юридически обеспечивает рассматриваемое правопреемство. В принципе он устанавливает, что данный договор является публичным договором (п.1 ст.45), тем самым распространяя на него правило о том, что оператор связи не вправе оказывать предпочтение одному лицу перед другим (п.1 ст.426 ГК). Однако в целях обеспечения данного правопреемства закон делает из этого исключение: «оператор связи до истечения установленного Гражданским кодексом Российской Федерации срока принятия наследства, в состав которого входит телефонизированное помещение, не имеет права распоряжаться соответствующим номером» (ч.2 п.6 ст.45).
       Следует отметить, что ст.45 Федерального закона «О связи» имеет название «Особенности оказания услуг связи гражданам». Между тем, в порядке наследования по завещанию или по закону телефонизированное помещение может переходить не только к гражданам. Наследниками могут оказаться и юридические лица, а также иные субъекты. Следует исходить из того, что если такое помещение переходит не к гражданам, рассматриваемое субординированное наследственное правопреемство не охватывается ст.45 Федерального закона «О связи» и потому не наступает.
       14. Особого внимания заслуживают случаи, когда из правил закона «следует иное» в отношении нормы, устанавливающей принцип неизменности имущественных прав и имущественных обязанностей при их переходе в порядке наследования. Такие изъятия более многочисленны.
       Как уже упоминалось (см. п. 2 и 3 коммент к настоящей статье), Конституционный Суд РФ в Постановлении №1-П установил, что предусматриваемая Конституцией свобода наследования в качестве одного из правомочий включает право наследников на получение имущества умершего. Принцип неизменности, установленный ГК, в соответствующей части реализует данное конституционное право наследников.
       Вместе с тем в Постановлении №1-П Конституционный Суд РФ установил также, что свобода наследования не является абсолютной. Она может быть ограничена федеральным законом, однако только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты, в том числе прав и законных интересов других лиц (ч.2 ст.55 Конституции). Это целиком относится и к праву наследников на получение имущества, которое является одним из проявлений свободы наследования.
       С точки зрения конституционного права, установленные гражданскими законами изъятия из принципа неизменности имущественных прав и имущественных обязанностей представляют собой ограничения свободы наследования. Эти ограничения отвечают критериям разумности и соразмерности, установленным в Постановлении Конституционного Суда РФ № 1-П.
       15. Существуют две категории изъятий из принципа неизменности. Главное изъятие направлено на защиту прав и законных интересов третьих лиц. Среди таких третьих лиц могут оказаться и сонаследники тоголица, против которого эта защита предоставлена. В условиях перехода России к рыночной экономике все введенные до сих пор изъятия этого рода направлены на защиту законных интересов тех лиц, которыестали участниками хозяйственных обществ и других коллективныхсубъектов рыночных отношений. При этом, отступая от принципа неизменности, закон устанавливает, что при переходе в порядке наследования отдельных имущественных прав и имущественных обязанностей происходит их модификация. К наследнику переходит не то право, которое принадлежало наследодателю, а иное право. Однако последнее закон прямо связывает с правом, которое имел наследодатель. Это дает основания рассматривать подобные случаи как правопреемство, хоть и совершающееся с модификацией переходящего права.
       Во всех случаях закон устанавливает, что на место имущественного права, принадлежавшего наследодателю, становится право на получение компенсации за стоимость переходящего права. Закон исходит из того, что право на получение компенсации должно соответствовать стоимости имущественного права, принадлежавшего умершему.
       Одно исключение из принципа неизменности установлено самим разд.V «Наследственное право» и направлено на защиту прав и законных интересов членов крестьянского (фермерского) хозяйства (ст.1179 ГК).
       По общему правилу переход имущества умершего члена крестьянского (фермерского) хозяйства в порядке наследования осуществляется на общих основаниях. Следовательно, здесь действует и принцип неизменности. Однако, если наследник умершего члена крестьянского (фермерского) хозяйства сам не является членом данного хозяйства, в интересах защиты прав и законных интересов остальных его членов закон предусматривает модификацию права, переходящего в порядке правопреемства. Наследнику дается право на получение компенсации. Это новое право представляет собой, однако, видоизмененное имущественное право, принадлежавшее умершему. Закон устанавливает, что размер компенсации должен быть соразмерен доле, наследуемой посторонним для хозяйства наследником, причем доля наследодателя в общей совместной собственности членов хозяйства считается равной долям других членов хозяйства (п.2 ст.1179 ГК).
       Другое исключение из принципа неизменности установлено в интересах членов общества с ограниченной ответственностью и распространяется на долю в уставном капитале такого общества, принадлежавшую умершему. Закон исходит из того, что названная доля переходит к наследникам на общих основаниях (п.6 ст.93 ГК, п.7 ст.21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Однако допускается, что устав общества может обусловить переход такой доли к наследникам согласием остальных участников.
       Принцип неизменности ограничивается в целях защиты прав и законных интересов именно такого общества, устав которого содержит названное условие. Закон об обществах с ограниченной ответственностью устанавливает, что в том случае, если участники общества отказали в таком согласии, доля переходит к обществу. Наследник же имеет право на получение компенсации от общества (п.5 ст.23). Закон детально регулирует процедуру и последствия такого согласия. Последнее считается полученным, если в течение 30 дней с момента обращения к участникам общества (или в течение иного определенного уставом срока) получено письменное согласие всех участников общества или не получено письменного отказа в согласии ни от одного из участников общества (п.8 ст.21). Соответствующая доля переходит к обществу с момента получения от любого участника общества отказа в согласии на переход доли к наследникам граждан (п.7 ст.23).
       При этом указанный Закон предусматривает получение наследником от общества права, представляющего собой модификацию имущественного права на долю в уставном капитале. Он устанавливает, что общество обязано выплатить наследнику «действительную стоимость доли» (п.5 ст.23). Способ определения этой стоимости устанавливается на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню смерти.
       Следующее изъятие из принципа неизменности установлено законом в целях защиты прав и законных интересов членов производственных кооперативов. Закон о производственных кооперативах, исходящий из того, что имущество, находящееся в собственности кооператива, делится на паи его членов (ч.3 ст.9), предусматривает, что устав кооператива может исключать принятие наследников в члены этого кооператива. Для защиты прав и интересов членов производственного кооператива, имеющего такой устав, предусмотрена модификация переходящего к наследнику имущественного права. Закон устанавливает, что вместо пая наследник приобретает право получить от кооператива денежную сумму, составляющую стоимость пая умершего члена кооператива (ч.3 ст.7).
       Еще одно изъятие предусмотрено Федеральным законом от 07.08.2001 №117-ФЗ «О кредитных потребительских кооперативах граждан» {СЗ РФ. 2001. №33 (ч.1). Ст.3420.}. Оно исходит из того, что паевой взнос члена кооператива (т.е. денежные средства, переданные им в собственность кооператива) в случае его смерти переходит к наследникам. Однако в интересах защиты законных прав и интересов остальных членов кооператива Закон предусматривает, что, если наследник не является членом кредитного кооператива, вместо паевого взноса он получает право на денежную стоимость доли имущества кооператива, соответствующую доле паевого взноса умершего в сумме паевых взносов членов этого кооператива (п.5 ст.6). Впрочем, эта норма диспозитивна: наследник получает паевой взнос умершего, если он хочет (и может) стать членом этого кооператива.
       Наконец, сходное изъятие из рассматриваемого принципа установлено законом в интересах защиты прав и законных интересов участников полного товарищества и распространяется на долю умершего в складочном капитале этого товарищества.
       ГК устанавливает, что в случае смерти участника полного товарищества его наследник может вступить в это товарищество лишь с согласия других участников (п.2 ст.78 ГК). Под защиту взяты права и законные интересы того товарищества, другие участники которого отказали в таком согласии. В этом случае в отступление от принципа неизменности наследник наделяется правом на получение от товарищества компенсации в форме денежной суммы. Такое право является модификацией имущественного права на долю в складочном капитале. ГК предусматривает, что сумма компенсации должна быть равной стоимости доли умершего в складочном капитале (п.1 ст.78 ГК).
       Вторую категорию изъятий из принципа неизменности составляют отступления, обусловленные тем, что закон связывает со смертью обладателя имущественного права изменение срока существования этого права. В результате субъект имущественного права обладал правом, срок существования которого был одним, а к его наследникам переходит то же самое имущественное право, но уже с несколько иным сроком существования.
       В частности, согласно Закону об авторском праве (ст.27) авторское право на произведение науки, литературы и искусства существует в течение всей жизни автора. Однако Закон устанавливает, что после смерти автора оно существует в течение 50 лет (по общему правилу). В результате при наследовании этого права оно переходит к наследникам с соответствующим отступлением от принципа неизменности. Сходные отступления названный Закон предусматривает и для так называемых «смежных прав» (ст.43). Вытекают они и из п.1 ст. 6 Закона РФ от 23.09.1992 №3523-1 «О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных» (в ред. от 24.12.2002) {Ведомости РФ. 1992. №42. Ст.2325; СЗ РФ. 2002. №52 (ч.1). Ст.5133.}.
       Еще один случай этого рода дает переход при наследственной трансмиссии права на принятие наследства. ГК устанавливает, что право на принятие наследства, принадлежащее умершему, может быть осуществлено его наследниками на общих основаниях (абз.1 п.2 ст.1156). Иначе говоря, названное право, как правило, переходит в порядке наследования в неизменном виде. Однако, если оставшаяся после смерти наследника часть срока, установленного для принятия наследства, составляет менее 3 месяцев, она удлиняется до 3 месяцев (абз.1 ч.2 ст.1156). Это — отступление от принципа неизменности (см. коммент. к этой статье).
       16. Все три правовые нормы, содержащиеся в п.1 комментируемой статьи, используют также общее выражение «другие лица».
       Первая из этих норм устанавливает, что соответствующее имущество «переходит к другим лицам». Другая норма, определяющая порядок, в котором осуществляется этот переход (универсальное правопреемство), также строится на том, что адресатами этого перехода являются «другие лица». Наконец, и третья норма, допускающая изъятия из предусмотренного порядка перехода, также имеет в виду «других лиц». В результате данная категория — одно из ключевых понятий наследственного права.
       Пункт 1 комментируемой статьи заимствовал категорию «других лиц» из Постановления Конституционного Суда РФ № 1-П, в котором сказано: «право наследования, предусмотренное статьей 35 (частью 4) Конституции Российской Федерации..., обеспечивает гарантированный государством переход имущества, принадлежащего умершему,... к другим лицам». Вместе с тем при этом он опирается также и на часть первую ГК, а именно на подразд.2 разд.I «Лица».
       Среди лиц на первом месте следует назвать граждан (физических лиц). ГК специально устанавливает, что в содержание правоспособности граждан входит способность «наследовать... имущество» (ст.18). Эта способность принадлежит как гражданам Российской Федерации, так и гражданам иностранных государств, а также лицам без гражданства. ГК предусматривает, что «правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства..., если иное не предусмотрено федеральным законом» (п.1 ст.2). Федеральных законов, устанавливающих какие-либо ограничения способности иностранных граждан или лиц без гражданства наследовать имущество, не существует.
       При наследовании все граждане находятся в равном положении. В частности, равны между собой как граждане, не зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей (без образования юридического лица), так и граждане, прошедшие такую регистрацию. К первым может переходить любое имущество умерших, включая и то, которое по своей природе может использоваться для ведения предпринимательской деятельности. В частности, предприятие, которое законом рассматривается как объект прав, «используемый для осуществления предпринимательской деятельности» (п.1 ст.132 ГК), может при наследовании переходить и к таким гражданам, которые не были зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей.
       Однако из правила о приравнивании граждан, не зарегистрированных и зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей, делается одно изъятие.
       ГК устанавливает, что в случае смерти гражданина, являвшегося той стороной в договоре коммерческой концессии, которая именуется правообладателем, его права и обязанности по названному договору переходят к наследнику при условии, что он зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (либо если он в течение определенного срока осуществит эту регистрацию). В противном случае договор коммерческой концессии прекращается (п.2 ст.1038 ГК).
       Под лицами, о которых говорит п.1 комментируемой статьи, следует также понимать и юридических лиц (п.1 ст.1196 ГК), включая также иностранные юридические лица. Уже упоминавшееся правило ГК (п.1 ст.2 ГК) предусматривает, что правила гражданского законодательства применяются к отношениям «с участием иностранных юридических лиц», если федеральным законом не установлено иное. Законов, ограничивающих наследственные права иностранных юридических лиц, не существует.
       Наконец, под лицами следует также понимать Российскую Федерацию, субъекты РФ, а также муниципальные образования. О переходе имущества умерших к иностранным государствам, а также к международным организациям см. коммент. к п.2 ст.1116 ГК.
       17. Пункт 2 комментируемой статьи посвящен вопросу об источниках права, регулирующего наследование. В нем названы три источника: ГК, другие законы, а также иные правовые акты. При этом для последних еще устанавливается, что они принимаются в случаях, предусматриваемых законами.
       Закон умалчивает о важнейшем источнике права, на котором, в сущности, основаны все нормы ГК о наследовании. Речь идет о Конституции и, в частности, о ее ч.4 ст.35, предоставляющей праву наследования конституционную гарантию. Источником права, регулирующим наследование, следует считать также постановления Конституционного Суда РФ и, в частности, его Постановление №1-П, которым установлено, что Конституция провозглашает свободу наследования.
       Комментируемая статья устанавливает, что источником наследственного права могут быть «другие законы», но отношения по наследованию могут регулироваться в соответствии с Конституцией только федеральными законами. Такое уточнение необходимо, так как понятием «закон» охватываются и законы, которые принимаются субъектами РФ.
       Однако субъекты РФ не вправе принимать законы, относящиеся к исключительной компетенции Российской Федерации. Среди федеральных законов, содержащих нормы, относящиеся к наследственному праву, в первую очередь следует назвать Основы законодательства о нотариате.
       Указание п.2 комментируемой статьи на «иные правовые акты» соответствует п.6 ст.3 ГК, где под правовыми актами понимаются указы Президента РФ и постановления Правительства РФ, содержащие нормы гражданского права; под случаями, предусмотренными законом, следует понимать только федеральный закон.




Поддержите культуру
ЯндексЯндекс. ДеньгиХочу такую же кнопку

Google
 
Web azdesign.ru az-libr.ru

<<< Пред. Оглавление
Начало раздела
След. >>>

П е р с о н а л и и    б и б л и о т е к и
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ъ Ы Ь Э Ю Я

Дата последнего изменения:
Wednesday, 23-Oct-2013 09:28:52 UTC